September 29th, 2014

гладиатор

Карьеристы не имеют политических убеждений, но имеют постоянные интересы.




Ставрополь, как и большинство городов Сев. Кавказа, перешел к новым хозяевам почти неповрежденным. Бомбардировкой с воздуха были разрушены лишь жел. дор. склады и несколько случайно попавших под удар домов в городе. Все лучшие здания уцелели.

Комсомольцы, на которых был возложен разгром оставляемого города, разбежались при разрывах первых бомб, а частично попрятались с целью остаться. Чекисты попытались взорвать свое гнездо, но второпях оборвали ведущие к заложенным минам электропроводы и ограничились поджогом архивов. Последние заключенные были полностью истреблены гранатами, брошенными в камеры через окна убегающими чекистами.

Немцы вступили в Ставрополь около 4-х часов дня и к 6-ти часам все главные силы наступавшей броневой дивизии уже втянулись в город. Серые и пятнистые чудовища стали рядами под старыми каштанами тенистого Воронцовского сада, переименованного в «парк культуры и отдыха».
От невиданной огромной автокухни вкусно запахло поджаренным салом. Запыленные здоровяки-танкисты, сбросив фельдграу и рубахи, принялись за бритье и умывание.



По улицам носились трескуче мотоциклы квартирьеров, расставляя указатели-стрелки и подыскивая квартиры начальству.

Над клубом комсостава красной армии, сохранившим полностью свою роскошную обстановку, взвился флаг со свастикой. Здесь стал штаб.
Комендатура разместилась в здании крайкома партии, также уцелевшем вплоть до мелочей, и первые три дня немецкий комендант восседал под огромным портретом Сталина.
В горячке первичной организации управления городом его позабыли снять, и когда русские указывали немцу на это несоответствие, он лишь бросал отрывисто:

— Квач! ( Ерунда!)

Желающее служить у немцев или вернее при немцах, потянулись в комендатуру тотчас же и среди них преобладали… члены и кандидаты партии.

Collapse )

И вот...
...Едва лишь комендант уселся за свой служебный стол, как перед ним предстала рослая энергичная женщина.

— Ихбын профессор, — кричала она, — профессор института, ферштейн?  Сталин  капут,  Гитлер гут, хейл Гитлер! Хочу у вас работать... Ферштейн?

Для подтверждения своих чувств женщина запускает деревянным пресс-папье в портрет Сталина и смачно плюет в том же направлении.

Комендант, уже привыкший к подобным сценам, вежливо кивает головою и, наскоро опросив через переводчика, выдает ей, перманентной председательнице всех комиссий по чисткам профессуры и студентов Педагогического института, члену ВКП(б) В. К. Архангельской назначение на должность директора этого института.

Вслед за нею кандидат партии, ловкач — инженер Красносельский назначается бургомистром города к тотчас же формирует правление из «своих» людей.

Позже Архангельская была смещена по единодушному требованию всей профессуры, а Красносельский - расстрелян за шпионаж и крупные хищения. Но это было позже, а пока в руки этой компании попадало все управление городом.

(с) Борис Ширяев. «Ставрополь-Берлин».